Великая русская поэтесса XX века Марина Цветаева подарила миру проникновенную поэзию. Ее бессмертные стихи по душе тем, кто ценит искренность, непосредственность, правдивость. Мы делимся самыми пронзительными цитатами этой мудрой женщины.

О чувствах

Влюбляешься ведь только в чужое, родное — любишь.

Любить — значит видеть человека таким, каким его задумал Бог и не осуществили родители.

«Я буду любить тебя все лето» — это звучит куда убедительнее, чем «всю жизнь», и — главное — куда дольше!

«Стерпится — слюбится». Люблю эту фразу, только наоборот.

Нет на земле второго Вас.

Мужчины не привыкли к боли — как животные. Когда им больно, у них сразу такие глаза, что все что угодно сделаешь, только бы перестали.

Мечтать ли вместе, спать ли вместе, но плакать — всегда в одиночку.

Если я человека люблю, я хочу, чтобы ему от меня стало лучше — хотя бы пришитая пуговица. От пришитой пуговицы — до всей моей души.

Человечески любить мы можем иногда десятерых, любовно — много — двух. Нечеловечески — всегда одного.

Если бы Вы сейчас вошли и сказали: «Я уезжаю надолго, навсегда» — или: «Мне кажется, я Вас больше не люблю», я бы, кажется, не почувствовала ничего нового: каждый раз, когда Вы уезжаете, каждый час, когда Вас нет, — Вас нет навсегда, и Вы меня не любите.

Женщины говорят о любви и молчат о любовниках, мужчины — наоборот.

Все женщины ведут в туманы.


О творчестве

Скульптор зависит от глины. Художник от красок. Музыкант от струн. У художника, музыканта может остановиться рука. У поэта — только сердце.

Самое ценное в жизни и в стихах — то, что сорвалось.

Творчество — общее дело, творимое уединенными.

Наши лучшие слова — интонации.

Знаете, для чего существуют поэты? Для того чтобы не стыдно было говорить самые больные вещи.

О жизни

Шутим, шутим, а тоска все растет, растет...

Что можешь знать ты обо мне, раз ты со мной не спал и не пил?

Я не хочу иметь точку зрения. Я хочу иметь зрение.

В мире ограниченное количество душ и неограниченное количество тел.

Единственное, чего люди не прощают, — это того, что ты без них, в конце концов, обошелся.

Если что-то болит — молчи, иначе ударят именно туда.

В одном я — настоящая женщина: я всех и каждого сужу по себе, каждому влагаю в уста свои речи, в грудь — свои чувства. Поэтому все у меня в первую минуту добры, великодушны, щедры, бессонны и безумны.

Насколько я лучше вижу человека, когда не с ним!

Слушай и помни: всякий, кто смеется над бедой другого, дурак или негодяй; чаще всего — и то и другое.

Никто не хочет — никто не может понять одного: что я совсем одна. Знакомых и друзей — вся Москва, но ни одного, кто за меня — нет, без меня! — умрет.

О Боже мой, а говорят, что нет души! А что у меня сейчас болит? — Не зуб, не голова, не рука, не грудь, — нет, грудь, в груди, там, где дышишь, — дышу глубоко: не болит, но все время болит, все время ноет, нестерпимо!

Я хочу такой скромной, убийственно-простой вещи: чтобы, когда я вхожу, человек радовался.

Грех не в темноте, а в нежелании света.