Вещи собраны. Завтра Оля с бабушкой едут в Боровое. Там живет ее старший сын Николай с женой Надеждой. Каждое лето на  две или три  недели они отправляются гостить в небольшое село на берегу озера. Оле нравилась сельская неторопливая и тихая жизнь, домашние молоко и сметана, походы в деревянную баню с табличкой: «Пятница- мужской день, суббота - женский». Дом дяди Коли находится на улице, плавно спускающейся к озеру. Утром вприпрыжку Оля за две минуты добегает до озера и, зажмурив глаза, с разбегу окунается в прохладную, чистую воду.

Все ей нравилось здесь, но было то, что отравляло удовольствие от прелестей сельской жизни. Это был портрет, который висел в спальне дяди и тети.  На нем была изображена мать тети Нади, которая умерла десять лет тому назад. Обыкновенный портрет женщины, но что- то всегда пугало Олю в нем. И это «что- то» были ее глаза. Казалось,  они пронзительно следят за Олей, где бы она ни была. Отойдет ли в сторону, подойдет ли к окну – два глаза следят за ней, пронизывая страхом все ее существо. Оля старалась всегда закрывать дверь этой комнаты и никогда туда не заходила.  Возможно,  этот страх появился после рассказов о покойнице. Сама тетя Надя говорила, что перед тем как случиться какой либо   беде в доме, она, то ли во сне, то ли на яву,  видела образ матери, скользящий ночью по дому. Первый раз это случилось, когда заболела и чуть не умерла их корова Ветка. Второй раз перед пожаром на веранде из-за замыкания проводки.
Вот и сейчас Оля испытывала смешанные чувства: с одной стороны радость от предвкушения купания в озере и прогулок по лесу, а с другой стороны непонятное беспокойство от встречи с портретом незнакомой ей женщины.
Автобус прибыл по расписанию в два часа дня. На остановке их встречал дядя Коля с соседом и его лошадкой, запряженной в широкую телегу. Сумки бросили на середину телеги, а сами уселись по краям, свесив ноги, и поехали.  Ах, как это было замечательно ехать на телеге по проселочной дороге, вдыхать аромат полевых трав, слушать необыкновенный хор стрекотанья, щебетанья, чириканья всей живности сразу  и наслаждаться теплым, летним ветерком, который игриво теребил Олину челку и бабушкин белый платок!  После обеда, занявшись раскладыванием вещей из сумки, Оля не заметила,  как наступил вечер. День был очень жарким, да и вечер не принес особой прохлады.  Стол накрыли в беседке. Вскоре послышалось мычанье коров, которых с поля гнал пастух. Каждая хозяйка встречала свою кормилицу Буренку или Машку, а они, важно покачивая боками, несли в вымени теплое и душистое парное молоко. Тетя Надя тоже встретила свою Ветку и,  подоив ее, поставила на стол крынку с парным молоком. Рассевшись за столом , все с удовольствием прихлебывали чай с молоком  и домашними пирожками. Воздух был насыщен  завораживающим ароматом ночной фиалки, которой  росло огромное множество во дворе. Удивительно, что такой маленький цветочек может источать волшебно приятный и сильный запах!Со стороны озера поплыли девичьи голоса:"Я ждала и верила сердцу вопреки,мы с тобой два берега у одной реки..."
Разговор зашел о различных таинственных историях, происходящих  в жизни каждого человека.  Бабушка, которая не верила во всякие потусторонние байки, рассказала о том, как однажды ей еще девочкой пришлось ехать с отцом на бричке мимо кладбища. В темноте довольно далеко она увидела что- то белое, которое взлетало над могилами вверх, опускалось на какое- то время и опять взлетало. «Что это?»- спросила она отца. «Чтобы знать, что это, надо пойти и посмотреть»- сказал отец. Он остановил лошадь, взял дочь за руку и они пошли вглубь кладбища. Бабушка вспоминала, что у нее тряслись колени от страха. Но то, что они увидели, не только успокоило ее, но и рассмешило. Маленькая белая козочка, которую, по всей вероятности, весь вечер искала хозяйка и не нашла,  облюбовала дикую яблоньку,  прыгала, снимала яблочки и съедала их. «Вот так, дорогие мои.»- сказала бабушка. «Если не понятно  значит страшно. А, чтобы не было страшно, надо просто выяснить, что вас пугает » 
Было уже поздно и все засобирались спать. Дядя и тетя легли в спальне, а Олю и бабушку уложили в гостиной. Бабушка легла на диван, а Оле поставили раскладушку у двери в комнату.  Вскоре в доме все стихло. Было душно, но за день произошло столько событий, что уставшая Оля быстро задремала.
Вдруг словно кто- то толкнул ее в плечо. Еще не открыв глаз, она услышала, что дверь в комнату открывается. Откуда- то потянуло холодом. Она открыла глаза и с ужасом увидела размытый женский силуэт, входящий в комнату. Стало еще холоднее. Страх сковал девочку. Вся фигура женщины была похожа на облако, лица не было видно и лишь глаза как живые светились и блуждали по  комнате, словно искали кого- то. Только от одной мысли, что Оля встретится взглядом с этими ужасными глазами, ей захотелось сделаться маленькой, маленькой и спрятаться в какую - нибудь щелку, только бы не видеть этот холодный и жуткий взгляд! Трясущимися руками девочка натянула одеяло на голову. Бабушка сказала, чтобы не бояться, надо выяснить, что тебя пугает.  Однако  встать и подойти к этому потустороннему существу у нее не было сил. Под одеялом девочка не видела это  непонятное  и страшное  явление,  но каким- то образом чувствовала ее блуждание по комнате. Через несколько минут Оля почувствовала прежнее тепло, холод  словно растаял.  Краем глаза она выглянула из -под одеяла – никого не было. Собрав всю свою смелость в один порыв, она вскочила с раскладушки и нырнула на диван под одеяло к бабушке. «Что, родная, приснился страшный сон?»- спросила бабушка и погладила ее по голове.   Бабушкина ласковая рука и тепло ее тела успокоили девочку и она заснула.
Утром Оля рассказала свою ночную историю. Все улыбались, слушая ее, и только тетя, как показалось Оле, верила ей. Дослушав до конца, она пошла в спальню и сняла со стены портрет. Через две недели Оля и бабушка возвратились домой. А еще через несколько дней из Борового пришло печальное известие: у тети Нади обнаружили онкологическое заболевание и жить ей оставалось месяц или два.
Похоронив жену, дядя Коля не смог оставаться в этом доме. Через несколько месяцев он продал его и уехал на север к сыну.